Максим Самсонов: «Рынок девелопмента ждет новый ренессанс»
Генеральный директор «Ташир Эстейт» — о структурном кризисе в отрасли, растущей конкуренции, запросах покупателей премиальной недвижимости и цели войти в ТОП-3 застройщиков сегмента.
«Ташир Эстейт» — девелопер проектов премиум-класса в знаковых локациях Москвы. Компания опирается на более чем 25-летний опыт группы «Ташир» и контролирует полный цикл создания недвижимости — от выбора земельного участка и проектирования до строительства, благоустройства, эксплуатации и обслуживания готовых объектов. В рамках V Саммита застройщиков от экосистемы для девелоперов ЕРЗ генеральный директор «Ташир Эстейт» Максим Самсонов дал эксклюзивное интервью учредителю и директору портала Всеостройке.рф Светлане Опрышко, где рассказал, что ждет рынок недвижимости в ближайший год, за какие решения готов платить покупатель премиального жилья и каким компания видит свое место на рынке через пять лет.
— Максим Геннадьевич, мы с Вами на саммите, где первые лица разрабатывают консолидированный прогноз строительной отрасли. Каков Ваш личный прогноз?
— Я бы сразу попросил следующий вопрос, но постараюсь ответить. Действительно, только что была сессия, на которой нам дали очень много разных прогнозов. Но, если честно, мне показалось, что они противоречат друг другу. Есть данные по каждому региону, данные по РФ, и они как-то не бьются. Спросили даже аналитика, который, насколько я помню, работал и в Сбере, и сейчас работает в правительстве. Он уклонился от ответа, чем вызвал недовольство в зале. Но на самом деле его можно понять.
Давайте я так отвечу на этот вопрос. При любом прогнозировании мы традиционно стараемся отбросить излишний позитив, какие-то свои розовые мечты. Хотя, конечно, мы, девелоперы, — визионеры будущего. Но при планировании и организации бизнес-процессов я бы руководствовался двумя факторами. Первый — структурный кризис в отрасли, который нельзя отрицать. Второй — стагнация, которую мы, к сожалению, наблюдаем. Если взять последнюю аналитику, например такой показатель, как распроданность квадратных метров в объектах, которые вводятся до конца этого года. В этом году своих покупателей не нашли 55% квартир в домах, которые вводятся в этом году. Это на 5% больше, чем в прошлом году, и еще на 5% больше, чем в предыдущем. И я не вижу никаких предпосылок к тому, что этот тренд будет меняться.
Нас ждет дальнейшее затоваривание рынка при параллельном дефиците новых объектов. Я имею в виду дефицит вывода застройщиками новых проектов на рынок. При модели, когда мы видим, что более половины проекта не продается до ввода, застройщики очень осторожно выводят новые проекты, и сейчас предложение достаточно ограничено.
Что происходит? Сейчас есть тренд переходить из массового сегмента в бизнес-класс и выше. Бизнес-класс и премиум живут и развиваются, но мы понимаем, что спрос там тоже не бесконечный. По разным оценкам аналитиков, его хватит на 14–18 месяцев. Дальше конкуренция, вероятно, будет усиливаться и в бизнес-классе, и в премиальном сегменте.
— Как в этой ситуации будут действовать застройщики?
— Поэтому мы готовимся к повышению конкуренции, к борьбе буквально за каждого покупателя, к повышению требований к продукту, большей ответственности застройщиков и, наверное, консолидации всех внутренних ресурсов. Рассчитываем прежде всего на свою экспертизу и на людей, которые работают в компании.
Мой прогноз — примерно продолжение курса, который мы видим последние пару лет, с усилением конкуренции. Вот, наверное, и все, что можно сказать про следующий год. Поможет ли нам правительство, допустим, каким-то новым форматом семейной ипотеки, рассрочкой или финансированием? Пока все это только законопроекты. Неизвестно, когда все заработает и будет внедрено. Поэтому держимся, пока нам не поможет сосед, как, собственно, и сказали сейчас на сессии по аналитике.
— А сосед поможет?
— Это никогда не понятно. Мы всегда рассчитываем на помощь соседа. Под соседом я подразумеваю, конечно же, наше правительство, банки, Министерство строительства. Они стараются, но там тоже достаточно большой административный рычаг, лаг между инициативой, принятием решения и реальным действием всех этих инструментов.
— Еще очень часто инициативы трансформируются в процессе.
— Они трансформируются в процессе обсуждения, очень сильно потом устаканиваются и снова трансформируются уже во время применения. Вчера на сессии с Музыченко задавали разные вопросы. Я подготовил вопрос про какие-то глобальные тренды, хотел в том числе и на этот вопрос ответить грамотно и подготовленно. Не стал его задавать, потому что людей — я имею в виду моих коллег-девелоперов — волнуют абсолютно другие, очень практические вопросы. Что сейчас происходит, условно, с вводом и получением разрешительной документации на объекты, находящиеся в зоне подтопления? Почему какие-то поправки, принятые Минстроем, потом блокируются Роспотребнадзором? Соседей очень много, и неизвестно, как все это повлияет на проект во время строительства и не будет ли он затем заблокирован, например Роспотребнадзором, в процессе эксплуатации. Надеемся на сознательность соседей и на то, что они будут заинтересованы в поддержке и сохранении нашей отрасли. Но в первую очередь рассчитываем на себя и позитивно смотрим на помощь со стороны.
— Как вы выбираете новые площадки и города для развития?
— Мы в этом вопросе очень консервативная компания. Сейчас примерно на 90% сконцентрированы на развитии уже имеющегося земельного банка. Ситуация у каждого очень индивидуальна и зависит от состояния и жизненного цикла проектов конкретного застройщика. У нас сейчас накопилось достаточное количество площадок, проекты на которых находятся уже на высокой стадии реализации и готовы к запуску. Причем площадки расположены в очень классных локациях. Следующей весной мы готовимся вывести на рынок две доминанты Москвы: проект на Краснопресненской набережной, 10, и ТПУ «Парк Победы». Это действительно знаковые для Москвы площадки. Сейчас мы развиваем их и не думаем о покупке или продаже каких-то других потенциальных площадок в Москве.
Единственное исключение, наверное, — наш проект КРТ в Барвихе, который мы получили по результатам аукциона в начале этого года. Из новых площадок, пожалуй, только он. Еще стоит отметить проект ТПУ «Аминьевское шоссе», но жилья там не будет: к запуску планируется бизнес-центр класса А+.
Таким образом, при выборе площадок мы в первую очередь стараемся получить максимум от существующих локаций, а новые выбираем очень точечно и осторожно, держа в голове диверсификацию. Определенный кризис на рынке МКД подталкивает нас к тому, чтобы распределять портфель между разными сегментами. Это ИЖС в Барвихе, офисный проект и в целом офисное направление. Мы распределяем активы между несколькими сегментами, чтобы портфель был более устойчивым и компания не замыкалась на одной целевой аудитории, емкость которой сейчас объективно падает.
— Какой сегмент Вы сейчас считаете самым интересным?
— Для меня лично и для компании это все-таки загородная недвижимость, ИЖС в сегментах бизнес-класса и выше. Наверное, я бы даже назвал премиум. Мы придерживаемся этой философии и выстраиваем новый «Ташир Эстейт», новый бренд с заделом на будущее — как одну из компаний, которая в перспективе войдет в ТОП-3 на рынке премиального и элитного жилья. Это наш сегмент, в котором мы чувствуем себя абсолютно комфортно.
Премиальный класс позволяет не идти на компромиссы, раскрывать возможности продукта, использовать лучшую международную экспертизу и дорогие решения, которые находят отклик у целевой аудитории. Привнести новый стандарт, новый уровень жизни — вот чем, мне кажется, должен гореть девелопер, а не просто осваивать ТЭПы (технико-экономические показатели) и выполнять план по реализации квадратных метров.
Мы можем долго работать над концепцией и доводить продукт до идеала, даже если задержка запуска влияет на экономику. Считаем, что сначала нужно раскрыть потенциал конкретной локации и только потом выходить на рынок.
— Изменились ли требования покупателей премиальной недвижимости? За что они готовы платить, а за что переплачивать уже не хотят?
— Мы никуда не уйдем от трех главных факторов: цены, локации и архитектуры. При этом, если говорить о моей практике и о том, что я вижу по отзывам брокеров, сейчас они — наш золотой запас. Доля продаж через брокерский канал может доходить у нас до 80%. Еще, может быть, три года назад мы относились к этому сегменту совсем иначе: «Ну какие брокеры? У нас свой отдел продаж, свои высококлассные специалисты. Мы не будем пользоваться услугами смежников и подрядчиков, если можем справиться сами». Но в какой-то момент поняли: нет, с точки зрения продаж и взаимодействия с рынком брокеры — единственная возможность продавать премиум и элитку, выполнять план продаж.
Сейчас мы активно опрашиваем брокеров, потому что у них есть прямой доступ к клиентам, которые выбирают и голосуют рублем за тот или иной проект. Как выяснилось, у нас очень хорошая отделка. И это не мои слова. Мы много вкладываемся в шоурумы и стараемся полностью воссоздать в них архитектуру, окна и параметры будущих помещений. Отделка в формате «под тапочки» или «до последней салфетки» становится все более востребованной: люди не хотят жить среди шума, пыли и постоянных ремонтов. Поэтому в новых корпусах «Стеллар Сити» мы рассматриваем возможность сделать с готовой отделкой если не все квартиры, то хотя бы отдельные секции.
Не менее важна инфраструктура. Например, в жилом комплексе «Легаси» заложена концепция двора-сквера примерно с 30 тематическими площадками для разных возрастов и сценариев отдыха.
Еще один немаловажный момент — объем проекта. Мы видим, что в нашем классе востребованы камерные проекты. На соседних улицах стоим мы и наш конкурент — огромный квартал, прекрасный с точки зрения архитектуры и очень насыщенный с точки зрения первых этажей, коммерции и детской инфраструктуры. Но там полторы тысячи квартир, а у нас всего 480. Люди хотят жить с меньшим количеством соседей.
— Продукт для интровертов?
— Скорее, камерность и компактность дают больше возможностей для персонализации и, возможно, для более комфортного проживания. Одно дело, если одной и той же инфраструктурой пользуются жители полутора тысяч квартир — условно полторы тысячи семей, — и другое, если людей гораздо меньше. Меньше износ, меньше очередь на ту же детскую площадку или качели.
Поэтому мы не выжимаем ТЭПы по максимуму. И мне кажется, что покупатель это подсознательно видит: мы не пытались застроить квадратными метрами всю площадку, оставили неприкасаемыми 30–40% территории под озеленение и благоустройство. Не стали выжимать максимум из допустимой этажности, обеспечили хорошую инсоляцию, сделали не двор-колодец, а выбрали каскадный подход к высотности разных корпусов. Есть и выбор. Например, в том же «Легаси» речь о количестве людей в секции: пользователей лифта гораздо меньше, квартир на этаже тоже. Можно купить под объединение пару квартир — а их там всего две — и стать владельцем целого этажа.
— У вас сейчас появилось прекрасное УТП. И много там таких возможностей?
— Там есть целая такая секция. Еще не все квартиры распроданы, можно успеть.
— Где можно объединить две квартиры и получить этаж?
— Можно везде, но лучше, конечно, делать это в малоэтажной секции. Тогда это уже тяготеет к какой-то резиденции. Сейчас модно называть не квартиры, а городские резиденции. Вот вы и получаете городскую резиденцию.
— Сколько у вас стоит квадратный метр?
— Сейчас последняя возможность купить по достаточно хорошей цене, потому что буквально через месяц у нас уже будет ввод и выдача ключей. Все понимают, что после ввода цены растут буквально по щелчку пальцев только за счет самого факта: жилье становится готовым. Но сейчас квартиру без отделки там можно приобрести примерно по 750 тысяч рублей за квадратный метр. Это Раменки, буквально три минуты пешком до метро, точечная застройка — очень аккуратная и компактная. Мичуринский проспект, престижный ЗАО и все возможные плюшки.
— После интервью пишу своему брокеру.
— Можно напрямую. У нас условия для прямых клиентов могут быть даже лучше, чем через брокера. Мы договоримся.
— Как прекрасно Вы описали!
— Я же начинал с маркетинга и долгое время был директором по маркетингу. Только потом перешел на должность генерального директора. Но, конечно, страсть ко всему этому осталась.
— Какое самое дорогое решение вы использовали за последнее время?
— С инженерной точки зрения, с точки зрения проектирования, отделки или вообще в целом?
— Можете назвать все.
— Мы никогда не экономим. Дорогих решений достаточно много. Наверное, это благоустройство. Здесь всегда можно пойти по пути какой-то альтернативы, лишь бы сдать, потому что качество и дороговизну не оценивают согласующие органы. Мы вкладываемся в инфраструктуру, несомненно, вкладываемся в отделку. И, кстати, делаем это вопреки любым экономическим моделям даже в «Стеллар Сити». Мы без зазрения совести заявляем, что «Стеллар Сити» — проект бизнес-класса, но со всеми преимуществами многих проектов премиум-класса в Москве. Там натуральный камень в отделке, латунная обшивка лифтов, бронза, дорогие итальянские светильники.
— Вы так красиво это говорите, уже даже неважно, что именно.
— Мы эстеты, понимаете? Мы за эстетику во всем. Нам нужно сначала составить красивый образ, а потом этот образ должен воплотиться. Знаете, как сейчас модно у застройщиков сравнивать ожидания и реальность? Это, кстати, еще один большой плюс. Если вернуться к предыдущему вопросу, покупателям важно, чтобы все рендеры, картинки и буклеты потом воплотились в реальной жизни. А подтвердить это можно только уже реализованными проектами. Приходите в наш реализованный проект и посмотрите, что мы заявляли и что сделали. Мы обязуемся придерживаться этого принципа во всех своих проектах.
Системы безопасности, СКУД (системы контроля и управления доступом) — конечно, тоже. Пока не скажу, что это уже реализовано, и, наверное, вообще мало у кого реализовано, но на стадии проектирования мы уже закладываем различные системы на базе искусственного интеллекта. Например, предиктивные системы, которые могут предсказывать какие-то аварии, неадекватное поведение гостей и так далее. За счет таких дорогих решений себестоимость строительства растет, и в этом плане она, наверное, обусловливает цену квадратного метра. Я сейчас говорю не только про нас. Все адекватные застройщики премиум-класса не жалеют денег на инфраструктуру для резидентов, безопасность, эстетику лобби. Там и лежат наши основные затраты.
— Сегодня на саммите много говорили о том, что будет с рынком, обсуждали риски, банкротства и все остальное. Элитный сегмент более устойчив? Или в этом году перед вами тоже стоят какие-то риски?
— Риски есть всегда, к сожалению, хотя рынок устойчив. У всех были хорошие золотые годы, и застройщики, мне кажется, точно так же, как государство, правительство и любая система, нацеленная на долгосрочное развитие и устойчивость, накапливали капитал. Мне сейчас очень понравился пример «Группы ЛСР». Пятнадцать лет назад компания начала вкладываться в направление так называемого намыва территории. Там цикл составляет 15 лет, затем земля должна, по всей видимости, как-то устояться, после чего ее можно продавать. И сейчас выяснилось, что у них появился практически без каких-либо затрат — потому что все расходы случились 15 лет назад — огромный земельный банк: 500 тысяч квадратных метров или сколько-то гектаров. Теперь эту землю в хорошей локации Санкт-Петербурга можно продавать и напрямую зарабатывать.
— Они очень системные.
— Да, они очень крутые ребята. Мне кажется, что рынок застройщиков, работающих в премиальном сегменте, в целом состоит из таких старожилов. Очень мало новых, молодых компаний. Есть молодые бренды, но они все равно вышли из каких-то крупных компаний, которые работают на рынке очень давно. Они пережили массу кризисов. Да что они — мы уже прошли через такие пертурбации и события на рынке, что нас, наверное, мало что может серьезно выбить из колеи. У компании накоплен большой опыт прохождения сложных периодов.
Поэтому я не сказал бы, что прогнозирую риск банкротства. Да, в моменте будем жить чуть хуже, меньше зарабатывать, снизится маржинальность. Будем искать альтернативные источники заработка, новые целевые аудитории и сегменты, диверсифицировать портфель. Но в конечном итоге все эти трудные времена переживем. Я уверен, что все развивается циклически и рынок девелопмента ждет новый ренессанс. Главное — сейчас не останавливаться, чтобы потом не жалеть об упущенных возможностях. Все будет хорошо.
— Вижу очень четко. Это как вопрос на собеседовании: «Кем вы видите себя через пять лет?» На этот вопрос я, наверное, не отвечу, а вот на вопрос, каким будет «Ташир Эстейт», смогу. Я являюсь непосредственным участником планирования и закладки этого фундамента. Хотя почему фундамента — компании все-таки уже 25 лет.
С учетом вывода на рынок новых проектов, которые я упоминал в ответах на предыдущие вопросы, у нас есть конкретная цель: мы абсолютно точно нацелены войти в ТОП-3 застройщиков премиального жилья. Объем портфеля — один из главных показателей. Проекты на Краснопресненской набережной, ТПУ «Парк Победы», наш КРТ в Барвихе, а также уже реализуемые объекты позволят нам войти в тройку лидеров по объему портфеля и предложения гораздо раньше, чем через пять лет.
А через пять лет я бы поставил другую задачу: чтобы мы вышли в лидеры не просто по объему предложения, а по восприятию покупателей. Это самое важное — чтобы они воспринимали нас как лидера индустрии, лидера рынка премиального жилья. Мы прекрасно понимаем, кто сейчас лидер. Компания Sminex — во многом наши знакомые и друзья. Но хочется, чтобы при разговоре о рынке премиальной недвижимости «Ташир Эстейт» всегда фигурировал в тройке: либо по наведенному знанию, а лучше — Top of mind (бренд, который первым приходит человеку в голову при упоминании определенной категории). В течение пяти лет будем стремиться к этому статусу.
— А Sminex обгоните?
— Давайте поживем — увидим. Sminex сейчас очень сильно оторвался от всех, просто на порядок, поэтому такие цели мы, наверное, ставить не будем. Но если формулировать цель по SMART, то пока нам будет достаточно ТОП-3.
— Короткий блиц: короткие вопросы и короткие ответы, уже больше о личном. В работе Вы больше доверяете цифрам или интуиции?
— Сейчас нам нужно доверять только цифрам. Цифрам однозначно.
— Что помогает Вам перезагрузиться после сложного дня? Бегаете, летаете, плаваете?
— Я стараюсь перезагрузиться перед началом рабочего дня. У меня все смещено на утро. Есть время примерно с семи до десяти утра, а затем начинаются рабочие процессы. Закончатся они неизвестно когда. Если хочется перезагрузиться, то это, я бы сказал, перезагрузка предыдущего дня. После хорошего рабочего дня нужно лечь, хорошо выспаться, а утром позаниматься собой, спортом, развитием или чем-то еще. Использовать этот золотой утренний час, чтобы потом вдохновленным и полным сил войти в трудовой день.
— Какой навык Вы хотели бы освоить вне девелопмента?
— Есть ли жизнь вне девелопмента? Да массу навыков, просто времени не хватает.
— Но какой, если выбрать один?
— Наверное, это должно быть что-то совсем не связанное с девелопментом, чтобы полностью от него абстрагироваться. Я внезапно понял, что в нашей управленческой, менеджерской жизни у нас очень мало каких-то практических, применимых навыков: что-то делать руками или уметь что-то классное, крутое.
Поэтому я, наверное, получил бы какой-нибудь профессиональный сертификат по дайвингу. Мы с семьей занимаемся этим видом спорта и стараемся везде, где бываем и где есть море или океан, обязательно нырнуть. Но пока все это происходит на обывательском уровне. У нас есть сертификат, который позволяет этим заниматься, однако существует масса других возможностей. Можно стать дайв-гидом, изучить какие-то спасательные операции, путешествовать по подводным пещерам и так далее. Наверное, я бы развивал такое хобби с практической точки зрения — обязательно связанное с океаном, водой, погружением и морем. Может быть, это звучит немного инфантильно, и Вы ожидали другого ответа. Но девелопмент, во-первых, никуда не денется: мы уже здесь, и с профессиональной точки зрения, наверное, ничего не изменится. Нужно развивать личное.
— Какой из реализованных проектов Вам ближе всего?
— Я много говорил про премиум, про то, как я его люблю и как сильно его любит наша компания. Но самым родным и любимым для меня все равно останется «Стеллар Сити». В этом есть моя маленькая личная гордость. Когда мы запускали «Стеллар Сити» — если не ошибаюсь, это был 2018-й, возможно, 2019 год, — мы придумали новый класс жилья. Тогда это была очень популярная тема. Нам было тесно в комфорт-классе, но мы немного не дотягивали до бизнеса, и вместе с командой маркетинга придумали так называемый future-класс. Это звучало во всей рекламе.
Мы подошли к работе нестандартно: придумали новый класс жилья, разработали под него свои УТП, запустили, скажем так, «пропаганду» этого образа жизни. С учетом количества вложенных сил, времени и любви этот продукт всегда будет для меня любимым ребенком. И хорошо, что он еще продолжается. Там запланировано семь корпусов, а реализовали мы пока только четыре. Есть возможность развивать проект дальше, делать его лучше, видоизменять какие-то форматы. Поэтому «Стеллар Сити» — one love, это 100%.
— Что Вы считаете своим главным профессиональным навыком и самым главным недостатком?
— Ух ты. Недостатков, наверное, очень много.
— Я думала, скажете, что ни одного.
— Да нет, ну что Вы. Мы оцениваем себя объективно. В быстро меняющемся мире вообще и на рынке девелопмента в частности недостатком, наверное, всегда становится недостаточная насмотренность и некоторая зажатость рамками своей индустрии, своего сегмента и, чего уж там, даже своего рынка и своей страны. Это не позволяет полностью раскрыть потенциал. Поэтому наш главный недостаток, наверное, в том, что мы сильно сконцентрированы на текущих реалиях, мало смотрим в будущее, мало анализируем, мало посещаем другие проекты и проекты конкурентов.
Мы не всегда принимаем правильные управленческие решения. Это тоже так. Ошибаемся, но компания позволяет это делать, потому что можно что-то делать и ошибаться — это всегда лучше, чем бездействовать. Нам еще учиться и учиться.
Главным преимуществом я бы назвал в целом не свое личное качество, а свою роль в составе компании: мы всегда ставим на первое место покупателя, резидента, будущего жильца. И в подтверждение этих слов скажу: я недавно проводил анализ и увидел, что в группе компаний «Ташир» огромный процент людей сами являются резидентами жилых комплексов, которые мы строим и реализуем. Мне кажется, это очень важный показатель. Ты строишь, закладываешь и проектируешь объект как для себя, а потом живешь в нем и получаешь удовольствие.
— А какая сильная сторона лично у Вас?
— Я никогда не устаю. Пока у меня это получается. Моя сильная сторона — наверное, энергия. Есть разные показатели эффективности и успешности руководителя: где-то это знания, где-то — мотивация, а где-то — энергия. Если расставлять приоритеты, то мотивация — вещь временная: она может быть, а может не быть, ее можно как-то поддерживать. Дисциплина тоже требует внутренней собранности. Но если нет энергичности, желания и готовности участвовать во всех процессах, не бросать людей и команду, постоянно быть увлеченным проектом, то это либо есть, либо нет. Мне кажется, мне повезло, что у меня это есть. Поэтому своим главным преимуществом я бы назвал энергичность.
— Если бы не недвижимость, чем бы Вы занимались?
— До недвижимости я работал в спортивном маркетинге и участвовал в организации Олимпиады в Сочи, поэтому, если бы не девелопмент, снова выбрал бы спорт — мир, который вдохновляет эмоциями, достижениями и причастностью к большим событиям.
— Спасибо большое!
Полное интервью с прямыми ссылками на YouTube, ВК, RUTUBE и Дзен смотрите по ссылке.
Ранее эксклюзивно для портала Всеостройке.рф о ситуации в отрасли рассказали генеральный директор ГК ФСК Дмитрий Трубников, президент Agalarov Development Эмин Агаларов, генеральный директор ФСК Регион Алексей Алмазов, генеральный директор ГК «Галс-Девелопмент» Андрей Мухин и другие руководители отрасли. Больше эксклюзивных интервью — в рубрике «Интервью ТОПов».
О том, почему инвестору не стоит верить обещаниям доходности 20–25% годовых, на чем нельзя экономить в отеле и какую роль Domina играет в проекте «Палаццо Де Агой».
Иллюзионист рассказал, кого считает настоящим москвичом, зачем городу новые культурные площадки и почему живые эмоции невозможно заменить технологиями.
Он поделился историей, что во время семейных страстей жительница одного из ЖК в порыве эмоций выбросила в мусор дорогие серьги-пусеты, в каждой по несколько карат.
И речь здесь не только про эффектный внешний вид. Сравнение связано прежде всего с технологиями: в проекте использовали сложные архитектурные решения и уникальные материалы.
На месте взлетно-посадочной полосы — район на десятки тысяч жителей: школы, поликлиники, парки, деловой центр. Бывший аэропорт Ростова превращается в «Новый Ростов».
01-10-2026 16:15
4 
