О том, почему архитектура должна стареть красиво, зачем работать с материалами руками и как архитектору выстраивать диалог с заказчиком, который считает себя «самым умным».
IND — международное архитектурно-проектное бюро полного цикла, основанное в Москве в 2008 году. Специализация компании охватывает жилые комплексы, офисы класса А, образовательные и культурные кластеры, регенерацию промышленных зон, ландшафтный дизайн и урбанистику.
О трендах в фасадной архитектуре, природе мастер-плана и границах профессионального компромисса в эксклюзивном интервью учредителю и директору портала Всеостройке.рф Светлане Опрышко рассказал Амир Идиатулин, основатель и главный архитектор бюро IND. Разговор состоялся на полях Форума недвижимости «Движение» — крупнейшего частного отраслевого события в России.
— Вы участвовали в сессии по фасадам. Насколько изменились требования застройщиков и потребителей? Что победило — красота или экономия?
— Начну с главного: город осознал, что архитектурному облику нужно уделять серьезное внимание. Сейчас пристально оценивается визуальный эффект здания — как оно вписывается в окружение, в градостроительную ситуацию, насколько привлекательно выглядит. Требования к архитектурному облику кардинально изменились.
Раньше девелопер ставил задачу заработать, и все требования к фасаду исходили из бюджета. Теперь ситуация иная: появился очень четкий запрос со стороны города на архитектурный образ. Фактически у нас теперь два заказчика. Первый — девелопер, которому важно сложить экономику и получить прибыль. Второй — город, которому важен архитектурный образ.
— Как они уживаются?
— Непросто. С девелопером можно быстро поговорить напрямую и принять решение. С городом все иначе: есть определенные вехи согласования. Можно подготовить большой материал, прийти на рассмотрение и уйти без одобрения, снова на переделки. Вот в таком режиме и приходится работать.
— Бюро IND — одно из немногих в России, где выделено направление прототипирования материалов. Расскажите об этом отделе: есть ли результаты, есть ли перспективы?
— Десять лет назад я был в Лондоне, в известном архитектурном бюро, и увидел, как детально архитекторы там работают с фасадными материалами. Тогда я впервые подумал: когда я смогу себе позволить нечто подобное? Два года назад мы это организовали.
Архитектор, который работает в офисе, не зная материалов, — это для меня странно. Прототипирование позволяет погрузиться в материаловедение, в фасадную базу. И не только фасадов: ландшафтный дизайн, интерьеры — все это тоже требует понимания материала на ощупь. Но фасады — мой основной фокус.
В этом пространстве архитекторы совместно с фасадными консультантами, конструкторами, инженерами и подрядчиками думают, как сделать фасад эстетически интересным и при этом как он будет стареть, не теряя визуального качества. Мы видим фасады, которые через год-два начинают «плакать», ржаветь, а где-то и отваливаться. Если не работать с материалом руками, не понять его жизненный цикл. Как пример — здание Opus в Дубае авторства Захи Хадид: сложное стекло, но в интерьере множество потеков и стыковок, которые не выдерживают климатических нагрузок.
Поэтому я считаю, что архитекторы просто обязаны работать с материалами.
— А справляются ли с этим другие архитектурные бюро?
— На форуме меня спросили про главные боли. Для меня как архитектора это вопрос: как научить коллег работать с материалами. В свое время школа Bauhaus — Германия, 1920–30-е годы, где работало много русских конструктивистов, — несколько лет посвящала практике изучения материалов: студенты ездили в карьеры, экспериментировали. Я считаю, что в век цифровых технологий мы утратили эту способность — работать руками с материалами. И именно прототипирование позволяет вернуться к тому времени, когда архитекторы действительно знали, что такое материал.
— Вы работаете с 2008 года. Как за это время изменились требования городов к архитектуре?
— Город стал жестче требовать в части визуального образа и дизайна. Это определенная зрелость процесса принятия решений. В эпоху, когда экономика диктует все, важно, чтобы в процессе участвовал человек, далекий от чистой экономики. Иначе мы получаем сугубо утилитарную архитектуру. Мы стараемся активно участвовать в этом процессе, экспериментировать и подстраиваться под новые требования рынка и города.
— Какие новые тренды в архитектуре Вы можете выделить?
— Тренды очевидны. Первый — акцентные здания с выраженным силуэтом. Вспомните «Семь сестер» (прим. ред.: знаменитые сталинские высотки): они всегда в панораме Москвы, на всех фотографиях. Любая городская панорама строится из силуэтности. Храмы всегда возводили на возвышении, они всегда были узнаваемы. Почему современные здания не могут быть столь же считываемыми на городском ландшафте?
Второй тренд — внимание к первым этажам и благоустройству. Именно на этом уровне человек максимально погружается в архитектуру: он может тактильно ощутить здание, почувствовать запах цветов, понять, насколько ему комфортно. Когда проектируешь, важно вжиться в образ пользователя и спросить себя: как бы я себя здесь чувствовал?
Третий — внимание к социокультурному наполнению и активным коммерческим фронтам. Раньше «красные линии» регламентировали расположение здания, но не то, как человек его воспринимает. Сейчас появились требования к фасадному фронту и ряд других норм, вытекающих из современных тенденций городской архитектуры.
— Требования часто меняются со сменой руководства города или губернатора?
— Да. Но я считаю, что сейчас мы должны жить динамично: времена меняются, экономика меняется, рынок меняется. Если мы научимся работать в такой динамике, нам будет проще конкурировать в том числе на международном рынке.
— Одно из ваших ключевых направлений — мастер-планирование. Насколько мастер-план можно «навязать» сверху, или он всегда должен вырастать из идентичности локального сообщества?
— Здесь несколько слоев. Первый — аналитика: нужно понять, каковы потребности города, его жителей, экономических акторов. На основе этой базы можно сформировать хороший задел для работы с мастер-планом. Но дальше — это работа со всеми участниками процесса.
Нельзя уйти на месяц-два, придумать красивый идеальный город и вернуться с готовым решением, которое не вписывается в экономические реалии. Архитектор на мастер-плане — это дирижер: он верно трактует требования, понимает стоящие задачи, предлагает решения и затем защищает их перед городом и сообществом. Это сложная, многоплановая работа, связанная с моделированием самых разных мнений.
— Среди ваших ключевых проектов — мастер-план в Канаде и мастер-план Дербента. Где работать проще — за рубежом или в России?
— Я бы не сказал, что в какой-то локации мягче требования. У всех есть свои нюансы. Основные сложности — в изучении местных норм и работе с доступными материалами. Например, в Дубае при выборе отделки мы столкнулись с тем, что далеко не все материалы выдерживают такие температуры. Плюс ветер с песком создают потемнение фасада. Работать с чисто белыми или быстро выцветающими материалами там невозможно. Навыки, приобретенные в России, применимы и там, но всегда нужна адаптация. Ключевой вопрос — насколько архитектор погружен в проект и готов изучать особенности конкретного региона.
— В скольких городах вы сейчас работаете?
— В России это Москва, Краснодарский край, Архыз, Владивосток, Алтай. Из СНГ — Узбекистан, Казахстан, Киргизия, Армения. На Ближнем Востоке и в Северной Африке — Дубай, Эр-Рияд. Есть проекты в Таиланде, был проект в Канаде и конкурсный проект на Бали.
Я считаю, что Россия сильно продвинулась с точки зрения архитектуры, и мы можем конкурировать с международным рынком. Вопросы в продвижении, пиаре и коммуникации заказчиков. Тут, конечно, нам еще нужно поучиться у зарубежных коллег.
— По некоторым оценкам, IND входит в число лидеров по скорости прохождения архитектурно-градостроительных решений в Москве. Как это удается?
— Мы много работаем — ночами, выходными, в любое время. Я думаю, что сейчас архитекторы должны много работать, чтобы помогать заказчикам ускорять трек, прохождение, согласование выхода на реализацию. Все работают в условиях высоких ставок, и наша задача — помогать. Когда приходят замечания, мы сразу пересобираем проект, переосмысливаем подходы. Да, это непросто: много коммуникации, много переделок. Но это наш творческий процесс, и я считаю, что это нормально.
— Какой самый недооцененный тренд Вы считаете перспективным в архитектуре?
— Работая на международном рынке, я понял: в части жилого продукта и офисов Россия сегодня — один из мировых лидеров. Мы сделали потрясающий скачок — не только в цифровизации, но и в самом продукте: в планировочных решениях, в работе с фасадами, в понимании требований заказчика. Если говорить о недооцененных трендах применительно к другим странам — там много чего можно было бы перенять у нас. В России мы с этим реально молодцы и уже можем многому научить зарубежных коллег.
— Какой компромисс недопустим для архитектора ради согласования проекта?
— Знаете, интереснее вопрос: а кто вообще определяет границы компромисса? Я не из тех, кто будет с пеной у рта отстаивать единственно верное решение. Я всегда в сомнениях: правильно ли мы сделали, не стоит ли вернуться и пересмотреть подход? Иногда смотришь на проект недельной давности и думаешь: нет, надо было иначе. Поэтому я из тех архитекторов, кто постоянно ищет.
— Но заказчики-застройщики — люди жесткие. Если архитектор начинает сомневаться вслух, они тут же вмешиваются и начинают диктовать.
— Я всегда говорю в таких случаях: если вы знаете, как надо, зачем вам архитекторы? Делайте сами. Архитектор должен выслушать заказчика, но затем, создав концепцию, аргументировать свое решение. Если архитектор все сделал правильно, заказчик, как правило, принимает его сторону. Потому что архитектор — это не просто художник. Это специальность, связанная с техническими решениями, экономикой, продуктом, рыночной ситуацией. Мы в разной мере творцы, экономисты и медиаторы. И у нас больше опыта: архитектор работает со множеством клиентов и накапливает слои знаний, которыми можно и нужно делиться с заказчиком. Часто бывает, что заказчик в итоге признает: архитектор был прав и помог улучшить продукт. Если же заказчик говорит, что архитектор плохо справился, — вопрос всегда либо к архитектору, либо к самому заказчику. Это всегда диалог.
— Какой главный вызов стоит перед Вами в 2026 году?
— Вызовов несколько: управление издержками, цифровизация, работа с командой, воспитание кадров. И главное — сервисно-ориентированный подход. Только так заказчик скажет: с вами было комфортно и творчески интересно. Вы предложили не одно решение по договору и не три, а двадцать три — просто потому что вы вовлечены в проект и хотите сделать лучше. Я думаю, этот вызов актуален и в 2026-м, и в 2027-м. Хотя, может быть, ситуация изменится и мы снова войдем в фазу роста.
Полное интервью с прямыми ссылками на YouTube, ВК, RUTUBE и Дзен смотрите по ссылке.
Ранее о ситуации в строительной отрасли эксклюзивно для портала Всеостройке.рф рассказали основатель ГК ТОЧНО Николай Амосов, генеральный директор курорта «Золотые пески России» Вадим Волченко, директор по взаимодействию с федеральными и региональными органами государственной власти ГК «Росводоканал» Сергей Кржановский, председатель правления ГК «Паритет Девелопмент» Павел Галкин и генеральный директор строительной компании «Мармакс» Юрий Юров. Больше эксклюзивных интервью с представителями власти, застройщиков, банков читайте в рубрике «Интервью ТОПов».
Михаил Посредников — о состоянии рынка недвижимости, востребованных инструментах Циана и перспективах отрасли.
18-06-2026 19:40О новом российском курорте на более 230 га, сроках строительства и о том, где найти 8,5 тыс. сотрудников — эксклюзивно для Всеостройке.рф
17-06-2026 6:00О региональной экспансии на новые территории, масштабных проектах, курортном девелопменте, антикризисном управлении и главной задаче на 2026 год — эксклюзивно для Всеостройке.рф.
15-06-2026 18:15Директор по взаимодействию с федеральными и региональными органами государственной власти ГК «Росводоканал» — о модернизации коммунальной инфраструктуры, ГЧП, ИИ и расширении компании.
11-06-2026 12:20
Новым владельцем ЗПИФа «Девелоперские активы», куда входит застройщик, стала группа инвесторов в высокотехнологичные активы. При этом банк не раскрыл детали сделки и другие подробности.
19-06-2026 9:30
Министр добавил, что решение о перерасчете ставок по «Семейной ипотеке» могут принять 19 июня.
19-06-2026 9:24
Подробнее читайте в нашем материале.
19-06-2026 9:19
Роскошная жизнь, элитное жилье и спорная квартира в Сириусе: что известно о недвижимости и бизнесе одной из самых ярких участниц «Дома-2».
19-06-2026 9:00
Народный артист самостоятельно спроектировал двухуровневую квартиру в центре столицы и превратил ее в семейную резиденцию с авторским интерьером.
19-06-2026 7:00
Сказал основатель Novikov Group Аркадий Новиков на «Движении» о стройке и партнёрствах.
18-06-2026 19:09
Говорит Никита Стасишин, замглавы Минстроя РФ, на «Движении» о проектах ТОЧНО.
18-06-2026 18:14
От испанского барокко до советского брутализма: почему столица Кубы считается одним из самых необычных архитектурных городов мира.
18-06-2026 18:00
Возможно, когда-то мы сможем наблюдать такой объект вживую, а пока просто помечтаем.
18-06-2026 17:05
Наша сфера остается одной из самых инерционных отраслей экономики, но рынок сохраняет стабильность. В то же время Минстрой РФ фиксирует уменьшение новых разрешений на строительство.
18-06-2026 16:36
Независимая площадка девелопмента
России и стран СНГ
